Справа через Никольский взвоз — кремль с Софией, пятиглавие которой вместе с колокольней — как сосцы, сбирающие корм небесный. Весь Софийский двор с восстановленной стеной и башнями, с архиерейским домом и гостиным двором, с храмами и звонницей, откуда на него ни взгляни, сбоку ли, снизу — чудное видение, да и только, счастливый вздох и благодарствие людское за солнце и землю.
Внизу — кружево и разброс старого города. Многажды горевшего, много плававшего, потемневшего, с обрывами и заставками, с узлами и дырами… Позадь него половодье Иртыша, перед ним у холма речка Курдюмка, и среди улиц тут и там проблески воды— будто на плаву он весь из края в край, как загруженный на плоты скарб, ожидающий отплытия.
По Никольскому взвозу можно спуститься в нижний посад и неторопливо пройтись по старине. Тут всё старина; новоделы — как заплатки на общем полотне, да их и немного. И по-прежнему слобода с её особым духом, покроем и законами.