Как видим, в новгородских делах князь продолжал политику отца, который первым включил Новгород в сферу интересов суздальских князей. Он действовал […], пожалуй, более решительно, открыто заявляя о своих намерениях и демонстрируя силу, с которой приходилось считаться всем — и не только новгородцам, но и ставшему киевским князем Ростиславу Мстиславичу.