Видимая часть не содержит формулировок заданий 1–16, а предложение 22 обрезано. Поэтому можно определить грамматические основы в читаемой части, но выполнить отдельные задания 1–16 без их условий нельзя.

Миша Гордон ехал.
Отец переезжал; мальчик переводился.
Мать с сёстрами были.
Мальчик находился.
Россия летела.
Обозы тянулись; казалось, что возы стоят, а лошади поднимают и опускают ноги.
Пассажиры бросались; солнце освещало и светило.
Все движения были рассчитанно-трезвы, в общей сложности (были) пьяны общим потоком жизни, которая объединяла их.
Люди трудились и хлопотали.
Механизмы не действовали бы, если бы главным регулятором не было чувство высшей и краеугольной беззаботности.
Ощущение придавало эту беззаботность; что происходящее совершается; одни называют, а другие (называют), третьи (называют).
Мальчик был исключением.
Чувство оставалось его пружиной; и чувство безопасности не облегчало и не облагораживало его.
Он знал и ловил.
Она огорчала его.
Присутствие унижало его.
Он не переставал удивляться, как можно быть не тем, что все; что нравится немногим и чего не любят.
Он не мог понять положения, при котором, если ты хуже других, ты не можешь приложить усилий, чтобы исправиться и стать лучше.
Что значит быть евреем?
Это существует.
Этот безоружный вызов вознаграждается или оправдывается чем?
В видимой части: когда он обращался за ответом к отцу, тот говорил, что исходные точки нелепы и рассуждать нельзя, но не предлагал взамен… Предложение обрезано.

Чтобы выполнить задания 1–16, пришлите изображение с их формулировками; для точного разбора 22-го предложения нужен его полный текст.

Поделись с друзьями